Ингвар (ingvar100) wrote,
Ингвар
ingvar100

Крыс Коля



У Люси была семья. Хорошая такая. Крепкая. Муж Славик-водолаз, дочка Даша. Дедушка ещё - Люськин папа.

Жили хорошо. Дедушка всё время ждал пенсию, чтобы пить пиво с родными пенсионерами, едко поругивая всё и всех кругом. И соседи — суки суками, и правительство такое же..
.
Даша-дочь тоже была умная, училась изо всех сил, мечтая покинуть эту гадкую страну, где всё плохо.

Славик-папа-водолаз был не просто водолаз — он был вдохновенный творец. Он пьесы писал. Хорошо писал, грамотно,— щедро удобряя матом и подробным ПОЛОводьем чувств.

В общем, культурно всё было, но как-то вяло.... Что за жизнь, тосковала Люська... Работа — магазин — дом — кухня — и ВСЁ..

Дочь книжки учит, дедушка смотрит телевизор с однообразными комментариями «Вот сссссукииии...!!!», Славик лупит по клавишам. Взвыть можно.

И решила Люська зверушку завести — хоть живая душа появится, поговорить чтоб.

В зоомагазине в клетушке, скукожившись, сидела крыса. Очень одинокая и несчастная. Она была какая-то заныканная, худая, в серо-розовых тусклых пятнах, да ещё и с проплешинами. Самая большая и грустная плешь была на голове.

У Люськи сердце оборвалось — родственную душу обнаружила. Заброшенную.

Продавщица обрадовалась Ещё бы не обрадоваться — ну кому такое убожество нужно? Плешивое. Попутно были даны пояснения, что это не крыса - в смысле половой принадлежности, а крыс. Безымянный.


Сердце Люськино дрожало — неизвестно отчего ей очень хотелось надеть на плешивую головёнку крыса мааааленькую кепочку и назвать его — Коля...

Но вот как-то не очень его приняли домочадцы .

Даша вообще его, Колю, и не заметила.

Дедушка, проходя мимо клетки, неизменно обидно плевался в сторону крыса, бормоча: «Вот сука... Без тебя здесь дерьма мало у нас...».

Драматургический водолаз вообще подло треснул Колю газетой «Российская Культура» прям по плеши .

Это когда крыс, ловко открыв клетку ( он научился этому уже на второй день), вскарабкался по ножке стола, и вожделенно дрожа лысым розовым хвостом, взял в лапы остатки гамбургера.

Коля очень обиделся. И даже озлобился. А кто бы остался невозмутимым? Когда внимание и заботу выражали бы исключительно плевками и тресканьем газетой по башке?


И затаил Коля страшную месть. Как у Гоголя. Начать решил с Даши, посчитав её наименее опасной. Да и равнодушие задевало.

Та лежала на диване, погружённая в учёную книгу.

Коля, надвинув воображаемую кепчонку на сверкнувшие глаза, тихонько приподнялся на цыпочки, красиво-картинно когтём мизинца передней лапы открыл защёлку на дверце клетки и пополз зигзагами ( для маскировки...) к дивану.

Взобрался на диванный валик, сел, растопырив передние лапы , растопорщив перевозбуждённо усы, и принялся дьявольским глазом гипнотизировать пятку Даши, медленно покачивающуюся прямо у крыса перед носом.

Вот загипнотизированная пятка остановилась, замерла... И Коля бесстрашно, пружинисто бросился вперёд,

Взмахнув ногой красивее Алины Кабаевой, Даша взвыла сиреной плакучей.

Крыс Коля при взмахе ногой бездушной, кувыркаясь, полетел подбитым аэропланом к портьерам, на которых вполне успешно повис .

Пока дед безуспешно пытался заткнуть сирену, а папа исследовал калеченую дочкину ногу, крыс сполз по портьерам и метнулся в свою клетушку, не забыв её аккуратно запереть.

Подбежавший к клетке драматургический папа, вооружённый уже не просто газетой чахлой, а толстым уважаемым журналом— ибо намерения прибить крыса были куда как более решительными — папа Слава застыл ошеломлённо: клетка-то была заперта...

Крыс Коля, поправив невидимую кепочку на проплешинке, взглянув на Славика просветлённым ангельской чистотой и беспорочностью взглядом: «.Случилось чего? А я вот тут по хозяйству немного занят. Какашки в уголок складываю. Быт, знаете ли... Заел...»

Но вражина-дед, подошедший следом, сдал Колю с потрохами: «Чего ты, зятёк, на него уставился? Эта сука клетку открывает легче, чем ты водки себе наливаешь под одеялом. Вытаскивай — и бей...».

Да ну... Да нет... Драматург чесал себе затылок. Его раздирали либеральные противоречия.

В общем, крыс был временно оставлен в списках живых. До прихода мамы Люси
.
Потом была предъявлена Дашина нога калеченая, измазанная зелёнкой и йодом на всякий случай добавочно... Дедушка согласно кивал, не отворачиваясь от телевизора ( «Он, он, сука...»).

И тут Люську прорвало.
Люся, воздев руки к потолочным небесам, обличала домашних в чёрствости, жестокосердии, лености души, равнодушии, безразличии... И тотальном космическом безлюбьи..

Коля, прикрыв от греха головку лысую лапами, тем не менее согласно кивал. Так их...так.. Сатрапы. Супостаты...

Правда, решено было Колю всё же снести на проверку к животному психиатру — что это он бросаться вдруг вздумал.

Хотя известно от чего любое живое на этой земле взвыть может, да начать бросаться, да кусаться — от безлюбья... Но кто это понимает?
Subscribe
promo ingvar100 april 16, 2016 21:59 111
Buy for 50 tokens
Сижу спокойно на совещании, спрятался за спинами учителей, проверяю мини-диктанты по биологии, работы "слабые", и вдруг - "перл". Одна из учениц - не самых лучших, отожгла (далее с сохранением авторского стиля, пунктуации и орфографии) Вопрос 1. Каркодил - он как яшперица, только большая. У нево…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment